Время в Баку - 18:35

САМОЕ ЧИТАЕМОЕ

Вилаят Гулиев: Несокрушимый дух Гейдара Алиева – основной фактор, побуждающий армию бдительно стоять на страже родины ГЕЙДАР АЛИЕВ — 100


Бывший министр иностранных дел Азербайджана, посол нашей страны в Боснии и Герцеговине Вилаят Гулиев поделился с публицистом, переводчиком, членом Союза писателей Азербайджана Надией Кафаровой воспоминаниями о выдающемся политическом деятеле Гейдаре Алиеве. АЗЕРТАДЖ представляет вниманию читателей это интервью.

— Вилаят муаллим, в первую очередь хочу поблагодарить Вас за то, что нашли время для беседы в плотном рабочем графике. Как известно, этот год очень знаменательный – согласно распоряжению главы государства, 2023 год объявлен в Азербайджане «Годом Гейдара Алиева». Наше интервью будет посвящено общенациональному лидеру Гейдару Алиеву. Вилаят муаллим, возвращение Гейдара Алиева к власти в Азербайджане считается поворотным событием в жизни страны. Каким запомнился Вам тот период?

— Спасибо, что выбрали меня для столь важного интервью. Конец 80-х был тяжелым периодом в жизни Азербайджана. Несправедливость по отношению к нашей стране и народу началась в 1987 году, когда под давлением горбачевской шайки Гейдар Алиев вынужденно покинул Политбюро. «Автор перестройки» не собирался довольствоваться отставкой Гейдара Алиева. Он вынашивал планы повторить «узбекский сценарий» и дискредитировать нашу страну и народ при помощи своих подручных, таких как Гдлян. «Копаем под Алиева, и это будет гораздо хуже, чем дело Рашидова», — говорил Горбачев, слова которого в своих мемуарах приводит его помощник А.Черняев. Но Горбачеву не удалось осуществить свои коварные планы. Проармянский крен в его политике и крайне несправедливое отношение к нашему народу обернулись в итоге крахом советской империи и власти самого Горбачева.

В 1987 году я был назначен на должность заместителя директора по научной работе Института литературы имени Низами. Этот институт считался не только ведущим научным, но и духовно-идеологическим центром в республике. Неслучайно почти сразу по приезде в Баку после своего назначения А.Везиров без предварительного уведомления утром появился в стенах института, чтобы выведать, «чем мы дышим». Занимаемая должность позволяла мне посещать различные собрания, проводимые в ЦК КП Азербайджана и Бакинском городском комитете партии, и наблюдать за протекавшими там процессами. Хоть я не отличался особыми знаниями и опытом в области партийно-советской работы, но было очевидно, что многие из тех, кто должен был руководить народом, в самый ответственный момент потеряли голову. Они не знали, что делать и как выправить ситуацию. Так было с Кямраном Багировым, Абдуррахманом Везировым и Аязом Муталибовым, приведенным к власти после 20 Января… Москва создала возможность для продвижения именно таких лиц. К сожалению, упомянутые мною деятели не были способны идти в народ, быть с народом в трудную минуту, что было присуще Гейдару Алиеву.

В сложной политической обстановке не оправдал себя и пришедший к власти в Азербайджане Народный фронт. Страна стремительно погружалась в хаос. Неудачи в войне за Карабах усугублялись ошибками в управлении и во внутренней политике. Отсутствие лидера, способного повести за собой народ, ощущалось повсеместно. А лидер был. Лидер, взявший на себя одну из самых сложных задач. Всеми силами он пытался защитить Нахчыван, испытавший на себе все тяготы блокады и оказавшийся лицом к лицу с армянскими бандформированиями. Разумеется, его обширные знания и богатый опыт могли пригодиться тем, кто находился у власти в стране.

Ситуация, сложившаяся вокруг Карабаха, привела меня, как и большинство моих сверстников, в политику. Поначалу я, как и многие, считал себя «народнофронтовцем», стал одним из основателей первой оппозиционной политической организации – Партии национальной независимости Азербайджана (ПННА). Был избран в правление, редактировал орган печати партии – газету «Миллет».

В 1992 году по приглашению Эрзурумского университета им. Ататюрка я отправился работать в Турцию. Мой путь пролегал через Нахчыван. Неожиданно появилась возможность встретиться с Гейдаром Алиевым. Мы с моим коллегой – ученым Исой Габиббейли, ныне возглавляющим Академию наук Азербайджана, встретились с общенациональным лидером в Верховном меджлисе Нахчывана. Я предполагал, что наша встреча займет несколько минут, но мы говорили около двух часов. Точнее, говорил Гейдар Алиев, а мы слушали. Тогда я вновь убедился в том, что единственный политический лидер, человек незаурядной силы и воли, способный избавить Азербайджан от тяжкого положения, находится в Нахчыване и самый мудрый шаг, который может сделать народ, – это вновь пригласить его в большую политику и сплотиться под его руководством.

Летом 1993 года наши пути с ПННА разошлись именно по причине отказа партии от сотрудничества с Гейдаром Алиевым, который прибыл в Баку и в условиях сложной политической обстановки взял на себя спасительную миссию. Страна находилась на краю пропасти. Борьба за власть, распри, поражения на фронте, миллион беженцев и вынужденных переселенцев, развалившаяся экономика, крах руководства страной… Разумеется, у Гейдара Алиева не было волшебной палочки. Он не мог решить все проблемы в одночасье. Но он вселял в людей надежду и веру. Он добился стабильности внутри страны. Стал заслоном перед лицом хаоса и анархии. Благодаря неустанной многогранной внешнеполитической деятельности ему удалось обратить внимание мировых держав на Азербайджан. Народ обрел своего истинного лидера, Верховного главнокомандующего, дальновидного и волевого главу государства и впервые вздохнул с облегчением. Это действительно был поворотный момент. Так была заложена основа третьей республики. Для Гейдара Алиева, стоявшего у истоков будущей независимости в период своего руководства второй республикой, было как естественным, так и закономерным снова стать авангардной силой в истории страны.

— Возвращение общенационального лидера Гейдара Алиева к власти в стране выпало на время, полное исторических перипетий. В азербайджанском обществе царили крайне пессимистические настроения, не было доверия к армии. Именно в таких условиях общенациональный лидер Гейдар Алиев, взяв на себя спасительную миссию, начал выводить республику из глубокого кризиса. В кратчайшие сроки была сформирована сильная, организованная армия. Все эти преобразования стали олицетворением гения общенационального лидера. Как вы думаете, чем были обусловлены столь грандиозные успехи Гейдара Алиева?

— Несомненно, сильная армия является предпосылкой независимости. В противном случае невозможно защитить государство, народ, наконец, саму независимость. Регулярная армия в условиях только обретшего независимость Азербайджана, находящегося в условиях войны и оккупации части территории, была нужна нашему народу как воздух и вода. Мы стояли перед сложной дилеммой. Как автор ряда исследований по истории республики, могу сказать, что лидеры республики придавали большую значимость армейскому строительству. За короткое время были достигнуты серьезные успехи. На рубеже веков ситуация была намного сложнее, чем в наше время. Чтобы аргументировать свою точку зрения, приведу один факт. Заместитель министра внутренних дел АДР генерал С.Агабеков в январе 1919 года в связи с возникшими проблемами в армейском строительстве писал министру юстиции Х.Хасмамедову: «Знакомство с частями Газахского пехотного полка произвело на меня и членов парламента гнетущее впечатление. К вечеру мы прибыли в воинскую часть. Солдаты были укутаны в принесенные из дома одеяла, поскольку шинелей у них не было. А некоторые накинули на плечи мешки. Один солдат был босой. В общем, душераздирающая картина. Место, где находились солдаты, напоминало конуру. Дым разведенного посередине костра разъедал глаза. Костер разводили не только для обогрева, но и для освещения за неимением лампы…»

Цель моего исторического экскурса состоит в том, чтобы показать сходство ситуации в первые годы независимости. В 1993-94 годах я много бывал в воинских частях родного мне Бейлаганского и соседнего Физулинского районов. Бытовые условия солдат были плачевными, о боевой подготовке говорить не приходилось. Окна были стянуты полиэтиленом, заменившим стекла. Казармы не отапливались. Кухни не было. Солдаты спали на матрасах, набитых соломой, которые клались прямо на бетон. Разве в таких условиях можно было требовать от проходивших службу солдат высокой дисциплины и воинской доблести?!

Страна была в состоянии войны. В обществе царило неверие в армию. Важно было кардинально изменить ситуацию, укрепить веру народа в свою армию. С этой задачей блистательно справился Гейдар Алиев. Для общенационального лидера не было второстепенных задач в государственном управлении. Но вопросы, связанные с Вооруженными силами, всегда занимали исключительное место. На заседаниях Совета Безопасности обсуждалось состояние армии, уровень подготовки офицерского корпуса, бытовые вопросы военнослужащих. Теперь об этом, наверное, можно говорить открыто, Верховный главнокомандующий порой выносил на повестку возможность силового решения конфликта, вызывал министра обороны и у карты задавал ему многочисленные вопросы о тактике и стратегии наших Вооруженных сил.

Ежегодно 26 июня, в День Вооруженных сил, Гейдар Алиев принимал участие в церемонии принятия присяги в Бакинском Высшем общевойсковом училище в Зыхе. Несмотря на преклонный возраст, знойную погоду, он, в присущей настоящему генералу манере, часами стоял и наблюдал за важным событием в жизни молодых лейтенантов.

На мой взгляд, одним из важнейших факторов, обусловивших выбор азербайджанской молодежи в пользу военных профессий, была личность Гейдара Алиева, его славное офицерское прошлое. Президент не только издавал указы и распоряжения, проводил совещания, он был на передовой, в окопах, не взирая на опасность, наблюдал за вражескими позициями в бинокль, пробовал солдатскую еду, приготовленную на полевой кухне. Гейдар Алиев по-отцовски заботился о солдатах, подбадривал их. Ему была присуща неиссякаемая вера в победу.

Не секрет, что фундамент национального армейского строительства был заложен еще в период руководства Гейдара Алиева советским Азербайджаном. По его инициативе в 1972 году в Баку был создан Военный лицей имени Джамшида Нахчыванского. Помню, появление на улицах Баку подростков в военной форме приятно удивило и обрадовало людей. Значительно возрос интерес азербайджанской молодежи к военной службе, военным профессиям. Десять лет руководства Гейдара Алиева независимым Азербайджаном стали этапом создания мощной национальной армии, а Президент Ильхам Алиев успешно завершил этот судьбоносный процесс. Была сформирована победоносная армия, продемонстрировавшая упорство и решимость и в 2016 году, и во время 44-дневной Отечественной войны.

— Вилаят муаллим, Вы часто сопровождали Гейдара Алиева в официальных визитах. Воспоминаний, должно быть, много. Пожалуйста, поделитесь некоторыми из самых запоминающихся…

— Да, воспоминаний предостаточно. Прежде всего, должен отметить, что Гейдар Алиев не был подвержен комплексу «Президента маленькой страны». Видимо, свою роль сыграло и то, что в течение пяти лет он был представлен в высшем руководстве одного из крупнейших государств мира – бывшего Советского Союза. Гейдара Алиева воспринимали не только как Президента Азербайджана, но и как одного из видных политических деятелей современного мира. Все это отражалось на масштабах и тематике проводимых им переговоров.

Помню, на встрече с Президентом Франции Жаком Шираком в рамках официального визита в эту страну в 2001 году, Гейдар Алиев в буквальном смысле этого слова удивил своего оппонента. Ширак пригласил главу нашего государства на переговоры по урегулированию карабахского конфликта. Наверное, в первую очередь он ожидал благодарности за «благую» инициативу. Однако Гейдар Алиев, прежде чем перейти к главной цели визита, резко осудил вынесенный на обсуждение Сената Франции законопроект о привлечении к уголовной ответственности за отрицание «геноцида армян». Гейдар Алиев заявил о несовместимости законопроекта со свободой слова и правом на свободу мысли, расценив этот шаг наносящим ущерб демократическим ценностям Франции. В результате Жак Ширак был вынужден признать силу армянского лобби во Франции и тот факт, что Сенат вынес этот вопрос на обсуждение под давлением армянской диаспоры. Смелая речь Гейдара Алиева в Елисейском дворце стала первой инициативой в защиту братской Турции на международной арене. Заявления президента Азербайджана впечатлили турецкую сторону. Спустя несколько дней после нашего возвращения из Парижа посол Турции в Азербайджане Гадри Эджвет Тезджан прибыл на встречу с Гейдаром Алиевым и выразил ему признательность от имени Президента Турции Ахмеда Недждета Сезара за принципиальную и справедливую позицию.

Еще один эпизод, и снова Франция. В рамках церемонии принятия Азербайджана и Армении в члены Совета Европы в Страсбурге состоялась встреча глав государств двух стран, которая по сути носила формальный характер. После завершения встречи, как и было согласовано службой протокола, здание должны были покинуть армяне, а затем – мы. Все направились к выходу, но в нескольких шагах от двери Кочарян остановился, захотев попрощаться с Гейдаром Алиевым. «Минутку, — остановил его Президент. – Давно хотел спросить. По моей инициативе в 1982 году в Шуше на могиле Вагифа был построен мавзолей. Вы, наверное, тоже присутствовали на церемонии открытия, как работник областной комсомольской организации. Вагиф – наш великий поэт. Он был выдающимся государственным деятелем, визирем карабахского хана. В каком состоянии сейчас находится мавзолей? Ваши и его разобрали?»

Кочарян с напускной внимательностью произнес:

— Мраморные плиты и алюминиевые сетки были разобраны до того, как мы спохватились. Но каркас сохранился.

Гейдар Алиев, скорее всего, сознательно нарушил дипломатический этикет и перешел на «ты»:

— Надеюсь, ты не участвовал в этом деле, — подытожил он краткую беседу.

— Нет, что Вы, Гейдар Алиевич, что Вы! — спешно произнес Кочарян и, больше не проронив ни слова, поспешил удалиться.

Мы ждали, когда подадут машину. И тут я заметил, как Президент еле слышно произнес:

— Лжет, глядя в глаза. Он и есть глава этой бандитской шайки.

В тот момент на лице Гейдара Алиева читались самые разнообразные чувства: и ненависть к варварам, разрушившим построенное им по крупицам, и отвращение к армянскому лидеру, и решимость непременно призвать их к ответу за содеянное.

В ходе общения с главами государств и правительств главным ориентиром для Гейдара Алиева были истины, которые он считал важными, необходимыми для нашего народа и государства. Этот принципиальный подход наиболее ярко проявился в ходе переговоров в формате сопредседателей Минской группы с президентом Армении Робертом Кочаряном в апреле 2002 года при участии госсекретаря США Колина Пауэлла и советника Президента США по национальной безопасности Кондолизы Райс. Фактически в Ки-Весте Гейдар Алиев в одиночку противостоял шести оппонентам. Позиция Армении была очевидна. Официальные лица США и сопредседатели Минской группы стремились добиться разрешения конфликта за счет уступок, которые будут получены от нас, не признавая Армению оккупантом. Но, несмотря на все усилия, их надежды не оправдались. Я наблюдал за Колином Пауэллом и Кондолизой Райс. Решительная позиция Президента Азербайджана и озвученные им истины стали холодным душем не только для главы страны-оккупанта – Армении и сопредседателей, но и для них.

Запомнились и два случая в ходе визита в Иран. На встрече верховный религиозный лидер Ирана Хаменеи попытался вести официальные переговоры (в неофициальной беседе он говорил с Президентом на чистом азербайджанском языке) с переводом на русский язык (якобы он не знал, что наш государственный язык азербайджанский). А Президент Хатами во время обсуждения правового статуса Каспия называл это море озером Мазандаран (якобы прикаспийские территории являются историческими землями Ирана). Гейдар Алиев решительно парировал своим оппонентам, преподав им урок истории и заставив пожалеть о сказанном.

В Ашхабаде, во время саммита глав прикаспийских государств, Президент Туркменистана позволил себе несколько необоснованных реплик в отношении нашей страны, которые, разумеется, не остались без ответа. А в последний день саммита, когда Президент Туркменистана пригласил глав государств посмотреть на своих ахалтекинских лошадей, Гейдар Алиев сказал очень вежливо, но весьма красноречиво:

— Сапар Атаевич, я не могу найти с тобой общего языка, о чем же мне говорить с твоими жеребцами?

— Армия, освободившая наши земли от почти 30-летней армянской оккупации, несомненно, является детищем общенационального лидера Гейдара Алиева. Душа Гейдара Алиева ныне возрадовалась – наши земли обрели долгожданную свободу. Упорство, отвага, героизм исторически были присущи нашим храбрецам… Чем, на ваш взгляд, в первую очередь характеризуется армия? В чем сила армии: в современном вооружении, специально обученных солдатах или в национальном духе, духе героизма, унаследованном у великих предков и полыхающем в нас?

— Даже в самые трудные времена общенациональный лидер Гейдар Алиев верил, что Азербайджан непременно освободит свои земли. В мае 2000 года, накануне дня рождения Президента, сопредседатели Минской группы прибыли в Баку, побывав предварительно в оккупированном Карабахе. В качестве подарка ко дню рождения американский сопредседатель Керри Кавано преподнес Гейдару Алиеву фрагмент из кладки стены Агдамской мечети. На мгновение в глазах Президента заблестели слезы, а потом донесся его стальной, могучий голос.

— Пусть все знают, и вы в первую очередь, — кивнул он в сторону сопредседателей, — мы обязательно освободим наши земли. Вернемся в Агдам, в Шушу. Пусть в этом никто не сомневается.

Это было послание Азербайджанской армии, священный долг, поставленный перед нашими солдатами.

И царская Россия, и Советский союз старались держать азербайджанцев подальше от военной сферы. Ведь армия – это школа. Азербайджанцев отстраняли от воинской службы, не желая, чтобы наша молодежь овладела секретами военной профессии, не проснулось наше национальное самосознание. Общенациональный лидер Гейдар Алиев, как я уже упоминал выше, еще в 70-х годах прошлого века сломал этот стереотип, создав специализированное военное училище. Благодаря этому сотни молодых азербайджанцев решили получить военное образование, стать офицерами. В стенах этого военно-учебного заведения они еще больше проникались национальным духом, ощущали себя военнослужащими Азербайджана. Воспитанники училища участвовали в Первой и Второй Карабахских войнах, стали генералами, Национальными героями Азербайджана.

Накануне 44-дневной Отечественной войны армянский генерал Аркадий Тер-Тадевосян в своем выступлении по телевидению заявлял: «Пусть азербайджанцы семечками торгуют, воевать не их дело!» Но весь мир увидел, что, если бы определенные обстоятельства и силы не помешали азербайджанскому солдату, наша армия погнала бы пресловутых «армянских львов» до самого Иревана. В ходе войны в армянской армии насчитывалось более десяти тысяч фактов дезертирства. Тогда как азербайджанцы толпились перед военными комиссариатами, требуя отправки на фронт. Это было торжество национального духа, патриотизма и мужества. Знаете, современное оружие, масштабные учения, высокая физическая подготовка – атрибуты сильной армии. Но самым важным фактором, на мой взгляд, является национальный дух, чувство патриотизма. Армия, которую Гейдар Алиев и Ильхам Алиев строили десятилетиями, является гордостью нашего народа.

Наверное, все помнят последнее выступление общенационального лидера Гейдара Алиева 21 апреля 2003 года в бывшем Дворце республики (ныне Гейдара Алиева). В тот вечер здесь проходила торжественная церемония, посвященная 30-летию создания Военного лицея имени Джамшида Нахчыванского. Несмотря на внезапно возникшую острую проблему со здоровьем, вопреки запретам врачей, в тот вечер Президент, рискуя жизнью, дважды вернулся на трибуну и закончил свою речь. Потому что он с большой любовью выступал перед курсантами, которых называл «своими детьми», – будущими офицерами и командирами. Он прекрасно знал, сколь важен личный пример. И этот призыв, воззвание было услышано. Именно этот несокрушимый дух является основным фактором, побуждающим Азербайджанскую армию бдительно стоять на страже родины и героически, стойко отражать любые угрозы.

НОВОСТНАЯ ЛЕНТА