Время в Баку - 19:58

САМОЕ ЧИТАЕМОЕ

МоБилизация армии и МоГилизация экономики ГЛАВНАЯ ТЕМА


Игорь Никифоров, специально для haqqin.az, Москва

 

Объявив «частичную» мобилизацию, Кремль устроил своей стране форменный общенациональный ад, впустив войну в каждую семью и каждую душу. И сейчас нет уже никакой грани, никакой разделительной полосы между тем, что происходит в Украине, и российской реальностью. А еще правительство придало дополнительное ускорение процессу мучительного умирания российской экономики и тотального, бесповоротного обнищания граждан.

Как заметил основатель «Коммерсанта» Владимир Яковлев, «представьте себе психически больного человека, который на улице отбивается палкой от воображаемых, только ему видимых чертей». А значит, этой своей «палкой» Кремль безостановочно молотит по всему населению, по всем людям с паспортом РФ. Причем, в отличие от агрессивных «чертей», — безропотным, несчастным, рабски покорным.

Вся Россия в одно мгновение оказалась ввергнута в состояние чудовищного психоэмоционального стресса

И, конечно, никакая это не «частичная» мобилизация. Да, прозвучала цифра 300 тысяч, но ведь еще за неделю до этого Кремль вообще исключал такую возможность. А значит, верить в цифры вообще нельзя. Тем более, что в последний раз система мобилизации тестировалась еще в 1987 году при СССР. В резерве состоят почти 25 млн мужчин – военнослужащие из запаса, имеющие военный опыт и военно-учетную специальность. Это около 35% трудовых ресурсов. И призвать в итоге могут как минимум 1 миллион, а как максимум – столько, сколько взбредет в голову устроителям этой вакханалии. Никаких ограничений, никаких сдерживающих факторов, никаких законов – ни гласных, ни моральных!

Экономика, бизнес, потребители не существуют в отрыве от всей этой системы государственного произвола. Да, мобилизация – событие социально-политическое, но ведь неспроста российский рынок ценных бумаг отреагировал на нее обрушением на 10%. Неспроста люди стали лихорадочно распродавать активы, выводить деньги за рубеж, раскупать авиабилеты в Турцию, Армению, Белоруссию, Таиланд, Израиль, Перу, куда угодно. Страна в одно мгновение оказалась ввергнута в состояние чудовищного психоэмоционального стресса. А стресс (англ. stress — «нагрузка», «напряжение»), особенно длительный, чреват срывом защитных механизмов, серьезными болезнями, наконец, летальным исходом.

О чем сейчас думает и еще долго будет думать абсолютное большинство из 25 млн резерва? О том, заберут или не заберут, вручат повестку или нет. Точно, как в сталинские времена с их черными воронками и стуком в дверь в 7 утра. О какой еще эффективной работе, выполнении каждодневных обязанностей и, вообще, о спокойном существовании тут можно говорить? Ведь все мысли лишь о том, как спастись, как получить липовую медсправку, кому в военкомате дать взятку, куда уехать, уволиться ли с работы, на которой не найдут… А ведь есть еще члены семей резервистов, навскидку, еще 100 млн человек. Им ведь тоже страшно, они тоже дестабилизированы во всех смыслах. А работодатели, руководители бизнесов? Им придется искать способы сохранить персонал или, на худой конец, находить замену потенциальным потерям.

А ведь есть еще члены семей резервистов, навскидку, еще 100 млн человек. Им ведь тоже страшно, они тоже дестабилизированы во всех смыслах

«Метод переваливания»

Вообще, просчитать кумулятивный эффект от мобилизации крайне сложно. Ясно только, что ничего хорошего ждать не приходится. Но самым первым, наиболее очевидным ее последствием становится дезорганизация всего и вся, считает Андрей Мовчан, основатель компании Movchan’s Group и специалист по инвестициям. По его словам, мобилизовать даже 300 тысяч человек из 84 регионов – это огромная логистическая задача. Решать ее будут методом переваливания на нижестоящих чиновников заведомо завышенных планов с целью на выходе получить что-то похожее на результат, о котором можно отчитаться. Иначе в России нельзя – в силу страха недобора и полного отсутствия каких-либо систем, кроме командно-административной и лоббистско-коррупционной, которые балансируют друг друга.

Андрей Мовчан, основатель компании Movchan’s Group

«Призывников надо куда-то селить, во что-то одевать, как-то перевозить и чем-то кормить, — рассуждает Мовчан. – Даже если в природе все это существует, это все нужно найти, получить, упаковать, распределить, доставить, раздать, проконтролировать использование и заодно – что можно украсть, перепродать, сховать до лучших времен. 300 тысяч человек – это не комар чихнул, а более двух стандартных призывов; работникам РЖД теперь придется придумать, как перевезти их в точно заданные направления, на каких-то перевозки в моменте вырастут в два раза, на каких-то в три».

Ну а рынок труда уже в ближайшие недели лишится едва ли не такого количества работников, как в конце февраля-апреле, когда за границу рвануло полмиллиона россиян. И если на них тогда могли смотреть как на «пожирателей смузи, либералов, которые экономической пользы не приносили, а только смуту учиняли», то сегодня уезжают обладатели вполне «земных», наиболее востребованных и конвертируемых профессий — специалисты, менеджеры, все кого и так остро не хватает. Вместе с «весенним исходом» это будет уже миллион человек, полтора процента трудовых ресурсов, полагает Мовчан. Из-за отсутствия кадров на множестве предприятий возникнут производственные сбои, а логистические проблемы мобилизации обретут форму логистического коллапса.

«Прямо сейчас мы не увидим глобальных макроэкономических последствий, но ясно, что в долгосрочной перспективе мобилизация не укрепляет ни экономику, ни государство. Было бы странно, если бы я сказал, что вовлечение россиян в более интенсивную фазу войны приведет к экономическому процветанию, — говорит Сергей Алексашенко, в 1995-1998 годах первый зампред Центробанка РФ. – Путин обрубил еще один сук, на котором сидит население. Ясно, что, когда власти отлавливают людей, ставя их перед безумным выбором — идти либо в тюрьму, либо на фронт, это сильно бьет по трудовой этике и общественному сознанию. Причем основной удар приходится по молодежи. И даже если тебя не призвали, ты заранее ищешь способ откосить. Все больше граждан будет покидать страну, либо уходить в неоплачиваемый отпуск, отправляясь в деревню, к тетке, в глушь, в Саратов».

Сергей Алексашенко, в 1995-1998 годах первый зампред Центробанка РФ

«Широким бреднем»

С одной стороны, денег на продолжение «спецоперации» у Кремля хоть залейся: прямые расходы на нее по сравнению со всем остальным незначительны – максимум 10-15% от бюджета. Но мобилизация чревата для экономики именно долгосрочным накопительным ущербом, поскольку она будет нести тотальный характер, рассуждает бизнесмен Дмитрий Потапенко. 1 октября открывается осенний призыв, напоминает он, и если военкоматы пойдут широким бреднем, а тем более будет закрыт выезд из страны, то экономика потеряет еще несколько триллионов рублей, поскольку предприятия начнут останавливаться. То есть, потери могут быть абсолютно непрогнозируемыми.

«Украинская экономика упала на 50%, после проведения в стране полной мобилизации, — напоминает Потапенко. – Российская пока, еще до мобилизации, просела на 6%. – Вот в этом диапазоне провала от 6% до 50% у нас есть разбег».

Если эти люди не погибнут на фронтах «спецоперации» и вернутся домой, проблем с трудоустройством большинству из них не избежать

Заявления высоких чиновников о 300 тысячах, подлежащих призыву, ничего не значат. Военкоматы – по сути, отделы найма и работают механически: повестки рассылаются всем военнообязанным от 18 до 60 лет. Медкомиссии, естественно, не будут принимать большую часть документов, в том числе и указания на хронические заболевания. У них есть четкий приказ: мобилизация резервистов. Столь широкий спектр мобилизуемых мужчин работают на реальных предприятиях, ни коим образом не связанных с оборонным заказом. Это и сфера IT, и транспорт, и промышленность, отмечает Потапенко. А поскольку нет никаких указаний, кроме приказа о мобилизации, а бронь в лучшем случае распространяется только на объекты оборонного комплекса, повестка может прийти и к директору предприятия, и к его владельцу. Физически подлежат призыву и топ-менеджеры госкорпораций, и фигуранты списка «Форбс». Другое дело, что они откупятся, сказочно обогатив членов медкомиссий.

В-общем, мобилизация – это замедленная мина под экономику колоссального разрушительного действия. Не приходится сомневаться, что она будут расширяться, с каждой новой волной затягивая в себя очередные слои российского бизнеса и общества в целом. Государство проводит ее беспорядочно и с вопиющими нарушениями установленных правил: повестки вручают всем кому ни попадя, и этот террор ввергает миллионы россиян в состояние перманентной паники. Работники лишаются своих мест, работодатели – квалифицированных, наиболее востребованных кадров, таких как операторы машин и механизмов. Снижается профессиональный уровень мобилизованных лиц и, как следствие, производительность труда и качество продукции. Не говоря уже о том, что если эти люди не погибнут на фронтах «спецоперации» и вернутся домой, проблем с трудоустройством большинству из них не избежать.

НОВОСТНАЯ ЛЕНТА