Время в Баку - 00:10

САМОЕ ЧИТАЕМОЕ

ЭПИГРАФИЧЕСКИЕ ПАМЯТНИКИ ПЕРИОДА НИЗАМИ, КАК ИСТОРИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК


Вафа Кулиева*

 

Ключевые слова: Пир Хусейн, ханака, Шейх Хорасан, эпиграфические памятники, суфизм.

 

Nizami dövrü epiqrafik abidələri tarixi mənbə kimi

Xülasə

 

Azərbaycan xalqının görkəmli mütəfəkkiri, epik romantik janrın banisi, Şərq İntibahının parlaq nümayəndəsi Nizami Gəncəvi XII əsrin ortalarında (1141-ci ildə anadan olub) Gəncə şəhərində yaşayıb-yaratmışdır. Nizami Gəncəvinin həyat və yaradıcılıqı çox gərgin bir tarixi dövrə təsadüf edir və onun poeziyasında öz əksini tapır. Bu ilk növbədə o dövrdə islamda mövcud olmuş sufi cərəyanları idi. Nizami dövründə fəaliyyət göstərmiş sufi təriqətləri, onların mərkəzləri, sufi şeyxlərinin adları, onların İslam dünyası ilə əlaqələri haqqında geniş məlumatları epiqrafik yazılar verir.

Məqalədə o dövr sufi təriqətlərinin yaranma tarixindən, orada fəaliyyət göstərən təriqət başçılarından və xalqımızın mədəni-sosial həyatında onların rolundan bəhs olunur. (Pir Hüseyn xanəgahı, Şeyx Xorasan xanəgahı). Eyni zamanda XII əsr epiqrafik abidələrinin Azərbaycan tarixinin bir sıra problemlərin tədqiqində rolu işıqlandırılır.

 

Введение. Эпиграфические памятники, высеченные на архитектурных сооружениях, мемориальных памятниках, на металле, дереве, керамических изделиях и других предметах домашнего обихода, являются уникальными документами, содержащими ценные сведения о социально-политической, культурной жизни Азербайджана, в том числе периода Низами Гянджеви.

Очень интересную информацию мы черпаем из данных эпиграфики о существующих в этот период религиозных течениях, которые оказывали огромное влияние на мировоззрение и поэзию выдающихся деятелей периода средневековья, в том числе и Низами Гянджеви.

Одним из таких интересных явлений являлся суфизм, который возник на рубеже зарождения ислама и на первоначальном этапе представлял собой религиозно-философское течение, противостоящее ортодоксальному исламу. Основной идеей суфизма в этот период было отречение от всего мирского и воссоединение с Богом – «вахдати-вуджут» [Тримингэм Дж.С., 1989]. Он оказал огромное влияние на культурную, религиозную и общественно-политическую жизнь Азербайджана и философское содержание в суфизме нашло отражение в мировоззрении многих выдающихся мыслителей и поэтов того времени, таких как Махмуд Шабустари, Фазлуллах Наими, Низами, Физули и др.

Благодаря данным эпиграфики в Азербайджане выявлены центры суфийских организаций, имена их шейхов, последователей, которые сохранились в местах их функционирования. О нескольких из них хотелось бы дать более полную информацию.

Одним из них являлся Пир Хусейн ханака которого расположено на реке Пирсаат в 127 км от Баку на торгово-караванном пути Баку-Сальяны. Это место по сей день является местом поклонения.

Пир Хусейн историческая личность, выдающийся ученый своего времени, философ, сыгравший выдающуюся роль в формировании исламо-философского мировоззрения в истории научно-философской мысли Азербайджана периода средневековья. Вся жизнь и деятельность этого великого суфия была связана с Ширваном. В надписях на комплексе Шейх отмечен такими титулами, как могущественный, выдающийся пир, достигший в суфизме третьей ступени (ал-салик), видный из святых, занимающийся духовными делами имам. Это свидетельствует о том, что он являлся влиятельным человеком своего времени [Nemət M.S., 2010: 17].

Окруженный мощной крепостной стеной комплекс ханака до сих сохранил свое средневековое величество. Комплекс ханака состоит из строений средневековой Ширвано-Апшеронской архитектуры. Комплекс памятников ханака сосредоточены вокруг гробницы Пир Хусейна. Основа многих строений ханака была заложена при Ширваншахах Фарибурзе и Гершаспе II. Достойная оценка ханака, как архитектурного комплекса, была дана советским востоковедом В.А.Крачковской, которая по красоте его оформления сравнивает комплекс с гробницей Имама Рзы в Мешхеде [Крачковская В.А., 1946: 54].

По сведениям иранского историка Вассафа ханака имел большое хозяйство, библиотеку, огромные богатства, в том числе золотые слитки. Именно поэтому ханака неоднократно подвергался разорению. Керамические плиты с надписями и орнаментом, которые украшали гробницу Пир Хусейна сегодня экспонируются в музеях мира, таких как Петербургский Государственный Эрмитаж, Государственном Музее Грузии, в Музее Восточной культуры в Москве, Лувре и других музеях Европы.

Эпиграфика на памятниках комплекса сообщает, что во времена правления великого монгольского правителя Мунка Буга Гаана, его наместником в Азербайджане Аргуном Агой ханака были предоставлены вакфы, приносящие постоянную прибыль за счет которых осуществлялся ремонт строений на территории ханака. Это свидетельствует о том, что монголы видимо опасались суфийского течения принявшего в этот период в Азербайджане воинственный дух и форму решительной борьбы и таким образом пытались добиться расположения Шейха.

Следует отметить, что в указанный период под влиянием отдельных ответвлений суфийско-философского течения в странах Ближнего Востока и Азербайджане происходили народно-освободительные движения против феодального гнета и иноземных захватчиков. Именно поэтому монголы преклоняясь перед могуществом суфийских шейхов жертвовали ханака огромные вакфы за счет прибылей с которых осуществлялись строительные и ремонтно-восстановительные работы в ханака, на содержание мюридов.

По свидетельству историка Вассафа хан Золотой Орды Султан Мухаммад Узбек когда посетил ханака приказал возвратить ханака все имущество разграбленное войсками Золотой Орды. Это 30 000 мелкого рогатого скота, 20 000 крупного рогатого скота и ослов, а также плененные жители, проживающие на вакфных землях принадлежащих ханака.

Из Эльханидских правителей Абу Саид и Олджайту Султан Мухаммад Худабенде также посещали ханака Пир Хусейна [Nemət M.S., 2010: 19].

Одной из основных причин такого пристального внимания и отношения монгольских правителей к ханака является геополитическое расположение Азербайджана, являющегося связующим звеном между Востоком и Западом, будучи расположенным на торгово-караванном пути. Именно поэтому на протяжении веков взоры стран, пытающихся открыть дорогу с Запада на Восток или наоборот были устремлены на Азербайджан богатого недрами, плодородной землей, прекрасным климатом и имеющего выгодное географическое и военно-стратегическое расположение.

Идолопоклонники монголы, которые в первые годы своих завоеваний сжигали мечети для того чтобы властвовать над Азербайджаном выступали под лозунгами Ислама. Другой причиной являлось расположение ханака на торгово-караванных путях и полный контроль со стороны шейхов ханака торговлею и ремесленничеством.

Расположение ханака, игравших очень важную роль в социально-политической и культурной жизни Азербайджана, на торгово-караванных путях еще раз подтверждает тот факт, что в период феодализма при решении социально-политических и экономических проблем Исламская религия использовалась, как идеологический фактор.

О том, что суфийские дервишские организации были теснейшим образом связаны с ремесленниками и основной поток мюридов (последователей) шел именно оттуда пишет один из исследователей суфизма Ж.Э.Бертельс. Он ссылается на автобиографические данные видных суфийских шейхов, в которых указывается их связь с тем или иным ремеслом. Видимо связь с дервишами облегчала борьбу ремесленников с купцами и крупными владельцами и имела экономическую выгоду [Nemət M.S., 2010: 22]

Из автобиографии Шейха Абу Саида Абулхейра становится ясно, что купцы оказывали огромную помощь ханака взамен на покровительство Шейхов ханака. Поэтому Шейхи очень часто обращались к купцам с просьбой выделить средства на строительство общественных зданий, проведение дорог, строительство водопроводов и решения целого ряда культурно-просветительных вопросов. Т.е. привлекали их в качестве меценатов учавствовать в благотворительных мероприятиях. Это еще раз свидетельствует о роли религиозных ученых-философов – Шейхов ханака в общественно-политической, экономической и культурной жизни Азербайджана в период средневековья.

Другой крупной личностью, ученым-суфием, ханака которого расположен у подножья крепости Алинджа в Нахичевани был Шейх Хорасан. Шейх Хорасан являлся выдающейся личностью своего времени, ученым, суфием и возглавлял народное движение против монгольских захватчиков и тимуридов. В надписи над дверью ханака Шейх отмечен высокими эпитетами амир, сипехсалар (верховный главнокомандующий), могущественный, крупный ученый, счастье религии и государства, красота Ислама и мусульман, меч правителей и султанов, слава обоих священных мест (Мекки и Медины), опора двух священных макамов Улуг Гутлуг Лала бек ас-саффати (суфий). Эти титулы свидетельствуют о том, что Шейх Хорасан занимал второй после правителя пост в государстве, являлся верховным главнокомандующим, крупным ученым, государственным деятелем [Nemət M.S., 2010: 88].

Некоторые исследователи относят этот комплекс Фазлуллаху Наими, который именовался Хорасан в понимании Солнце. По сведениям источников тимуриды преследовали его, как основоположника хуррамитов, до крепости Алинджа, где и казнили. По предположению некоторых исследователей возможно местные жители опального шейха предали земле тайно, не указав его имени.

Однако крупный ученый-востоковед, основоположник отечественной эпиграфики, член-корреспондент Национальной Академии Наук, доктор исторических наук, кавалер ордена «Славы» Мешадиханум Неймат относит этот комплекс мюриду и последователю основоположника суфийского ордена «Каландарийа» Абу Саида Абулхейра, жившего и действовавшего в Хорасане, Абу Омару Нахчивани.

Вторым этапом развития суфизма считался Хорасан. Ученые–философы Азербайджана проходили обучение в Хорасане, Нишапуре у Абу Саида Абулхейра, что свидетельствует о том, что суфизм получил распространение в Азербайджане из Хорасана. По сведениям историка Мухаммада б. Мунаввара суфийский Шейх Абу Омар Нахчивани являлся мюридом крупного суфийского Шейха Гаджи Лала Малика, гробница которого также расположена в комплексе. В надписи на надгробье Гаджи Лала Малик отмечен высокими титулами великодушного, совершенного ученого, шейха, гордости гаджи и двух священных мест (Мекка и Медина), мюршид (наставник), шейх познавший Аллаха [Nemət M.S., 2010: 91].

Средневековые эпиграфические материалы, как исторический источник дают очень ценную и интересную информацию по истории Азербайджана.

Эпиграфические памятники дают информацию об административном делении, государственном строе, бюрократическом аппарате, иерархии класса феодалов. История государства Ширваншахов, просуществовавшего с VI по XVI век, написана благодаря сохранившимся эпиграфическим памятникам, потому что нарративных источников не сохранилось. Вся богатейшая библиотека и архив Ширваншахов были уничтожены Сефевидами в 1500-1501 гг. при взятии последними города Баку. Однако по надписям, сохранившимся в Баку, в Ичеришехер воспроизведена структура власти, установлены должности, которые существовали в государстве, виды налогов и др. вопросы социально-политической истории. В строительных надписях встречаются имена правителей, главнокомандующих, купцов, главных садров, шейхов различных религиозно-общественных организаций и других должностных лиц феодального государства и представителей духовенства, которые играли важную роль в государстве. В надписях встречаются имена зодчих, мастеров, строителей, резчиков, каллиграфов. По титулам и эпитетам, встречающимся в надписях можно определить степень самостоятельности того или иного правителя.

Остановимся на анализе информации о должностях существующих в феодальных государствах Азербайджана периода Низами.

В Ичеришехер у основания минарета при Соборной мечети имеется целый ряд надписей одна из которых принадлежит главнокомандующему Ширванскими войсками Абу Йакуб Йусифу, жившего в XII веке. Главнокомандующий – сипехсалар в Азербайджанском феодальном обществе считался вторым лицом в государстве после правителя. Обычно главнокомандующие назначались из близких родственников Ширваншахов. Давайте исследуем в период правления какого Ширваншаха жил и действовал главнокомандующий Абу Йакуб Йусиф. Хагани в одной из своих касид изображает победу Ширваншаха Манучихра II (1096-1106) над кыпчаками, напавшими на Ширван следующим образом: «Величие народа и Корана правителя Фахраддин … Ты своим блестящим, как китайский шелк мечом пролил сколько крови кыпчаков. Не удивляйся, если после этого из земли вместо растений будут вырастать головы кыпчаков» [Нейматова М.С., Аллахвердиев С.Н., 1986: 3].

После этой победы войска Манучихра II, перейдя границы Ширвана, захватили часть Аррана на правом берегу Куры. Это событие было воспето в касидах Хагани и Фелеки Ширвани. Здесь встречающийся в надписях Баку эпитет Хусамаддин, отмечается как имя собственное. Несомненно, упомянутый в надписи главнокомандующий, возглавлял армию Ширвана при Манучихре II и сражался плечом к плечу с Ширваншахом [Неймат М.С., 2003: 11].

Имя другого главнокомандующего Ширванским войском высечено в надписи крупным, красивым, ясным почерком сульс на каменной плите сделанной из двух кусков камня и вмонтированной сверху с левой стороны.

В арабоязычной надписи говорится: «Возобновлению этого здания (т.е. здания Соборной мечети) приказал малик ал-умара ва-л-акабир – Шарафаддин Махмуд в XIII и начале XIV века был главнокомандующим Ширванским войском свидетельствует титул «малик ал-умара ва-ал-акабир» — глава и старшина амиров. Используемый в XII веке титул сипехсалар, как главнокомандующий в XIII-XIV веках именовался «малик ал-умара  ва-ал-акабир».

Куфические надписи мечети Мухаммада в Ичеришехер содержат в себе интересную информацию о должности «устад ар-раис». Это слово встречается в куфической надписи мавзолея Юсуфа, сына Кусейира в Нахичевани, которая сообщает о существовании должности раиса – главы ремесленных цехов в городах Азербайджана в XI-XII вв. [Неймат М.С., 2003: 11].

Некоторые приняли слово «устад» за титул профессионального строителя и предположили, что упомянутый в надписи Мухаммад ибн Абубакр является строителем этого здания. Однако слово «раис»  указывает на то, что Мухаммад занимал  пост «городского головы». Похожий термин встречается и в надписи на мавзолее Юсифа ибн Кабира ан-Нияза, в Нахчыване и указан словами «Ал-хаджа ар-раис». В надписи имеются такие титулы, как «джамал ал-ислам (красота ислама), ал-аджал (самый высокий), «заки ад-Дин (знание религии), «мукаддам ал-машайих» (глава шейхов), которые подтверждают, что Кабир ан-Нияз занимал высокий пост «городского головы» в государстве.

По сведениям источников в мусульманских странах раисы играли большую роль в городском управлении. Посредством органа городского управления «Дивани райясата» раисы контролировали городскую жизнь. Они вместе с казием держали под строгим надзором различные слои городского населения. Раисы ведали сбором налогов с крестьян и ремесленников, пошлиной с торговых операций, торговлей на базаре, определяли цены, следили за денежными оборотами. Источники указывают, что раисы относились к зажиточному слою населения. В связи с занимаемой должностью брали хорошую прибыль от торговли, ремесла и сельского хозяйства. Они занимались строительством общественных зданий, прокладывали дороги и др., расходовали деньги на благотворительность.

По сведениям Масуда ибн Намдара, автора книги «История Дербенда и Ширвана», в Ширване, Бейлакане, Гяндже раисы занимали влиятельное положение. Иногда раисы возглавляли оппозицию против Ширваншаха. То, что в надписи мечети Мухаммада не упоминается имя Ширваншаха подтверждает данные источников [Неймат М.С., 2003: 11].

По надписям определена роль и позиции мусульманского духовенства в средневековом Азербайджане. Являясь проводником исламской идеологии, мусульманское духовенство имело прочные позиции в средневековом Азербайджане. Должность «садра», которую занимало, как правило, высшее духовенство, являлась третьей в иерархии власти после правителя и верховного главнокомандующего. В руках духовенства сосредотачивалось судопроизводство, торговля, образование. Духовенство являлось крупным собственником и обладало огромным вакфным имуществом, которое носило наследственный характер и приносило огромные прибыли. Оно выполняло роль посредника между народом и властью и являлось стабилизирующим фактором в обществе. Поэтому оно имело и сильную социальную базу. Финансовая независимость и поддержка народа превращала его в мощную политическую силу, с которой правители были вынуждены считаться. В связи с этим раскрывается роль Соборных мечетей, как социально-политических и культурных центров [Кулиева В.А., 2003: 73].

По эпиграфическим данным и изобразительным мотивам, выявленным М.Неймат, можно проследить места сосредоточения древнетюркских племен на территории Южного Кавказа, сыгравших немаловажную роль в формировании азербайджанского народа и определить историческую территорию Азербайджана. Здесь следует особо отметить Урудские памятники Зангезура (ныне территория Армении, историческая территория Азербайджана). В 1961 году во время совместной экспедиции Академий Наук Азербайджана и Армении М.Неймат в селе Уруд Зангезура были выявлены надгробные сундукообразные памятники, а также памятники в виде каменного изваяния барана. Памятники по своей хронологии охватывают период с 1478 по 1611 годы. Эпиграфика и рельефные изображения на урудских надгробьях отражают длительный процесс тюркизации албанских племен, населяющих территорию Зангезура (Сюника) еще задолго до появления данных памятников и исламской религии на Южном Кавказе. На двух из них имеется надпись: «Мин авлади авгван» — т.е. из потомков албан. На памятниках имеются изображения онгонов-богов древнетюркских племен. Это охотничьи птицы, посаженные верхом на оленя, тибетские быки – яки, а также шаманы. Даже после принятия Ислама еще какой-то определенный период они продолжали поклоняться своим богам, что в последующем нашло отражение в их изобразительном искусстве и было запечатлено на надгробьях [Неймат М.С., 2001: 96].

До этого открытия в исторической литературе укоренилось мнение, что во время распространения Ислама, часть албанских племен, будучи христианами арменизировалась, часть грузинизировалась. Урудские памятники доказали, что часть албанских племен приняла ислам и тюркизировалась, что в свою очередь доказывает, что азербайджанцы являются аборигенами Кавказа и что территория Зангезура является исторической территорией Азербайджана. Помимо этого на надгробьях, выявленных Мешадиханум в других регионах Азербайджана, встречаются знаки-тамги, присущие древнетюркским племенам аналогичные Урудским.   Эпиграфические памятники, обследованные М.Неймат в 1961 году в Иреване, Чухур-Сааде, Алаязе, Даралаязе Зангезурского района, Мегринского района Армении подтверждают то, что азербайджанцы являются автохтонным населением этих мест и эти территории являются историческими территориями Азербайджана.

Надгробные памятники с различными бытовыми изображениями и эпиграфическими надписями показывают единство быта и культуры населения Сюника (Зангезура, ныне территория Армении) с другими областями Азербайджана, являются ярким подтверждением принадлежности этой территории Азербайджану.

Грузинские, аварские исследователи пытаются доказать, что род Илисуйских султанов восходит к грузинским илисенским мауравам и аварцам, выдвигая при этом весьма необоснованные доводы. По надписям на Илисуйской Соборной мечети, а также по надгробьям Илисуйских султанов доказано, что они являются потомками арабского полководца Абу Мабрана, сыновьями Алибека Шами (из Сирии). Из источников известно, что арабский полководец Абу Муслим, после захвата Кавказа, переселил сюда своих родственников, назначив каждого правителем в одну из областей. Со временем арабы постепенно прошли процесс тюркизации [Неймат М.С., 2001: 15].

Достижения в области эпиграфики за последние десятилетия доказывают ошибочность установившегося мнения о существовании феодальных владений с замками и феодальных междоусобиц. Сведения, почерпнутые из надписей, свидетельствуют об экономическом и политическом подъеме государства Ширвана, что не дает возможность предположить о наличии центробежных сил и феодальном соперничестве в это время. Надписи на мардакянских башнях свидетельствуют о том, что они построены  главнокомандующими армией Ширвана, являлись «манаром» — т.е. маяком. Наличие на Апшероне более 30 подобных башен, некоторые из которых сохранились до наших дней, говорит о существовании целой единой оборонительной системы в период средневековья.

В надписях отражена политическая история Азербайджана. Даются сведения об экономическом процветании, о независимости феодальных государств, их политическом влиянии, границах, об отдельных сражениях, экономических кризисах. К их числу относятся надписи Захурской крепости, эпитафия Амир Исфандияра, надпись мавзолея Шейха Гейдара, надписи мечетей Джами Баку, Ордубада, Вананда, Гянджи.

Надписи показывают наличие в Азербайджане общественно-политических обществ, течений, представляющих интересы ремесленников. К их числу относится общество «Ахи», которое объединяло ремесленников независимо от их национальной принадлежности и вероисповедания в борьбе против феодалов за свои интересы [Неймат М.С., 1991: 35].

Надписи дают интересный материал по изучению культурно-просветительных вопросов. По надписям была исследована культурно-просветительная деятельность многих медресе, мечетей, школ при мечетях, выявлены имена ученых, мудеррисов.

Эпиграфические памятники представляют большой интерес для изучения топонимики Азербайджана. По данным надписей М.Неймат определила этимологию возникновения наименования того или иного населенного пункта.

В дошедших до нас письменных источниках и в сообщениях европейских путешественников отсутствуют сведения о жизни и быте населения предгорных районов. Однако на произведениях мастеров резьбы по камню, сохранившихся в предгорных районах, мы наблюдаем рельефы изображающие ковроткачество, земледелие, ювелирное и медное дело, что дает нам определенные представления о жизни и деятельности жителей предгорий в период средневековья.

На основании надписей Мешадиханум уточнены даты и назначения целого ряда архитектурных сооружений. Ученым выявлено имя основоположника карабахской архитектурной школы Мадж ад-Дина Али, создателя памятников, расположенных на старом караванном пути (Шелковом), соединяющем Анатолию с Китаем. Это мавзолеи в Физулинском, Джебраильском, Зангиланском районах Азербайджана, Зангезуре (Селимский перевал), Алаязе, Даралаязе (ныне территория Армении, историческая территория Азербайджана).

Архитекторы, исследующие эти мавзолеи сожалеют по поводу того, что ни на одном из этих памятников нет надписей и поэтому невозможно определить для кого именно они предназначались. Хотя над входом мавзолея, расположенного в селе Мамедбейли Зангиланского района, имеется арабоязычная надпись, высеченная на камне, в которой говорится, что памятник воздвигнут в честь крупного ученого Яхьи ибн Мухаммада ал-Хаджа, умершего в 1305 году.

В книге «История архитектуры Азербайджана» архитекторы неверно установили назначение Шамкирского столба отнеся его строительство к XII-XIII вв. В 70-х годах XX века на месте городища   при проведении газопровода на глубине 3-х метров была обнаружена арабоязычная куфическая надпись (1,04х0,60 м.). М.Неймат надпись была прочитана. Была уточнена дата постройки минарета – конец XI века (493 г.х.=1099/1100 г.), а также назначение. В надписи отмечается, что это смотровая башня [Нейматова М.С., Аллахвердиев С.Н., 1986: 4].

В 1978 году в селе Ханага Джульфинского района Нахичеванской АР было обнаружено здание мечети и мавзолея, имеющего два выхода, расположенных напротив друг друга. В историю архитектуры здание мавзолея вошло под названием такйа, было датировано XIV веком. Внутри мечети Мешадиханум была обнаружена четырехстрочная, арабоязычная надпись, высеченная на речном камне. Было установлено, что мавзолей был сооружен во времена правления Джахан шаха Кара-коюнлу (1435-1467 гг.) на могиле Амирхана. Мавзолей аналогичен мавзолеям в селах Дер и Нехрам.

Заключение. Таким образом, эпиграфика как вспомогательная отрасль исторической науки является ценнейшим источником при изучении социально-политической, экономической, культурной истории Азербайджана периода средневековья.

 

Литература

 

Крачковская В.А. Изразцы мавзолея Пир Хусейна. Тбилиси: Издательство «Академии наук Грузинской ССР», 1946, 169 с.

Кулиева В.А. Роль и позиция мусульманского духовенства в социально-политической и культурной жизни Азербайджана в конце XIX-начала ХХ вв. в ракурсе армяно-азербайджанских политических отношений. Баку: Нурлан, 2003, 371 с.

Нейматова М.С., Аллахвердиев С.Н.. Об эпиграфических памятниках Азербайджана. Баку, Элм, 1986, с.18.

Неймат М.С. Корпус эпиграфических памятников Азербайджана. В 4-х т. Т. 1. Арабо-персо-тюркоязычные надписи. Баку и Апшерона XI-начала ХХ века. Баку: Элм, 1991, 248 с.

Неймат М.С. Корпус эпиграфических памятников Азербайджана. Т. 2. Арабо-персо-тюркоязычные надписи Шеки-Закатальской зоны (XIV-начала ХХ века). Баку: XXI-Yeni Nəşrlər Evi, 2001, 216 с.

Неймат М.С. Корпус эпиграфических памятников Азербайджана. Т. 3. Арабо-персо-тюркоязычные надписи Нахчыванской Автономной Респу­блики (XII-начала ХХ века). Баку: XXI-Йени Няшрляр Еви, 2001, 368 с.

Неймат М.С. Корпус эпиграфических памятников Азербайджана. Т. 4. Арабо-персо-тюркоязычные надписи Куба – Хачмазской зоны и Южного Дагестана (VIII-начало ХХ века). Баку: Нурлан, 2008, 167 с.

Неймат М.С. О некоторых суфийских орденах в Азербайджане (XI – XIX вв.) // Проблемы восточной философии, 2003, № 1-2. с. 28-34.

Тримингэм Дж.С. Суфийские ордены в исламе. Москва: Наука, 1989, 328 с.

Nemət M.S. Azərbaycanda pirlər. Bakı: Elm və Təhsil, 2010, 209 с.

 

 

* Заведующий сектором «Науки и пропаганды культурного наследия» Государственного историко-архитектурного заповедника «Ичеришехер» e`mail: vquliyeva@mail.ru

НОВОСТНАЯ ЛЕНТА